Всё-всё-всё о Ёжике

— Почему ты всё знаешь, Заяц?

— От бабушки. Если б вы знали, какая у меня была бабушка!

— И считать тебя научила?

— И считать.

— И писать?

— И писать.

— А мой дед,  — сказал Медвежонок, www.o-cloakroom.ru  — всё на печке сидел. А бабка ему ножки солила.

— Как это?

— Нагреет воды, выльет в ушат, туда — соли и золы из печки.

— Зачем?  — спросил Ёжик.

— Для здоровья. Бывало, скажет: «Ну, Медведюшка, давай ножки солить! » Дед обрадуется — очень он это любил.

— А моя бабка,  — сказал Ёжик,  — была неграмотной. Зато дедушка в свистульку свистел.

— Мой на скрипке играл,  — сказал Медвежонок.  — Сунет лапы в ушат, а сам за скрипку. Бабка сядет, голову набок — пригорюнится.

— Он что, только грустную играл?  — спросил Заяц.

— Что ты! Бывало, и плясовую. Я пляшу, бабка плачет.

— Отчего?  — спросил Ёжик.

— Очень деда любила.

— А мой сгинул,  — сказал Заяц.  — Дед сгинул, отец сгинул, мать пропала. Одна бабушка у меня была. Зато какая бабушка! Посадит к окну, даст уголёк — рисуй, Зайчик!

— А мои вместе свистели,  — сказал Ёжик.  — Дед бабку тоже научил. Проснутся — и свистят.

— Вот никогда не слышал, чтобы ежи свистели,  — сказал Заяц.

— А они — тихонько. Свистят себе и свистят. Когда я чуть побольше стал, мне тоже свистульку сделали.

— Бузинную?

— Не, из липы. Дед липовые любил. У них звук… с шершавинкой.

— А сейчас можешь?  — спросил Заяц.

— Забыл. И потом — я свистульки делать не умею.

Помолчали.

Тихо и хорошо было в осеннем лесу.

— Я бы вас извлекать корень научил,  — сказал Заяц.  — Да, боюсь, не смогу: бабка со мной две зимы билась.

— Что мы — кроты?

— Ты нас и так вон сколькому научил!  — сказал Ёжик.

— А давайте ножки солить!

И тут все обрадовались, согрели воды, насыпали золы, соли, и Ёжик неслышно, про себя, засвистел в свистульку, Заяц сквозь слёзы увидел свою любимую бабушку, а Медвежонок радовался, что вот все сидят, солят ножки, а вспомнил, как надо солить, он, Медвежонок.