Всё-всё-всё о Ёжике

Три дня лил дождь и смыл весь снег.

Ёжик с Медвежонком раньше думали: такого не может быть,  — но такое было.

Потом ударил мороз.

Деревья лопались и кричали, но Ёжик с Медвежонком ничем не могли им помочь.

Птицы замерзали на лету.

Земля была каменная.

А ночью высоко в небе зло блестели звёзды.

Потом опять пошёл дождь, и лес стоял полный тумана, и пахло землёй и палой листвой, как ранней осенью.

Ёжик с Медвежонком шли по лесу и не верили своим глазам: много деревьев переломились пополам и теперь в разные стороны торчали их белые кости.

— Как страшно!  — шептал Ёжик.

Медвежонок молча шёл рядом. Медвежонок молчал и только вертел головой.

— А правда, что мы летим и крутимся?  — вдруг спросил он.

— Не знаю,  — сказал Ёжик.

— Дед говорил: «Земля круглая, она крутится,  — Медвежонок показал лапой,  — и летит в темноте».

— Как же в темноте?  — сказал Ёжик.  — А солнце?

— Не знаю,  — сказал Медвежонок.

— И крутится?

— Ага. Волчком.

— А куда летит?

— Этого и дедушка не знал. Нет, погоди, он говорил: «Она крутится вокруг Солнца! Один раз обкрутится, и пройдёт год».

— А кто же её крутит?

— Не знаю,  — сказал Медвежонок.  — Только когда она крутится вокруг себя, она поворачивается к солнцу то одним боком, то другим.

— Что ж ты мне раньше не сказал?  — обиделся Ёжик.

— А что было бы, если б я тебе сказал раньше?

— Я бы знал,  — сказал Ёжик.

— Ну и знал, ну и что?

— Как что? Я бы смотрел, примечал.

— Земля большая,  — сказал Медвежонок.  — Этого сразу и не заметишь, но дедушка — знал.

Они вышли на свой любимый холм.

Река лежала под сизым льдом, и это было ни на что не похоже: река подо льдом, а вокруг — ни клочка снега.

— Вот встань сюда,  — сказал Медвежонок. И свёл Ёжика с вершины холма.  — Стой здесь. Я сейчас.

И перебежал на другой склон.

— Ты меня видишь?

— Нет,  — сказал Ёжик.

— А теперь я буду подниматься.

И Медвежонок стал подниматься к вершине.

— Вижу!  — закричал Ёжик.  — Уши!

— Что я, заяц?  — крикнул Медвежонок.  — У меня же уши по бокам!

— И голову! Самую макушку!  — крикнул Ёжик.

— Ну вот: так появляется солнце,  — важно сказал Медвежонок.  — Так оно восходит.

— Это мы с тобой сто раз видели,  — сказал Ёжик. И тоже поднялся на вершину холма.

— Я сейчас был солнцем,  — сказал Медвежонок.  — Я в о с х о д и л.  А на самом деле это не солнце всходит, а мы вместе с Землёй нагибаемся, понимаешь?

— Нет,  — сказал Ёжик.

— Если б мы могли наклонить немного к реке холм, я бы встал, где стоял, а ты — у реки, и я бы тебя увидел, как мы по утрам видим солнце.

— Погоди,  — сказал Ёжик.  — Давай сначала. Значит, я стою у реки, я — солнце.

— Ага,  — сказал Медвежонок.

— А ты стоишь там, где стоял, на том склоне.

— Правильно,  — сказал Медвежонок.

— Ты — Медвежонок, я — солнце, и, если бы холм наклонился, ты бы меня увидел, как мы по утрам видим солнце.

— Верно!  — обрадовался Медвежонок.  — Меня дед всё лето учил, а ты сразу понял…

Весь лес вокруг, и река, и лес за рекой были тихи и туманны.

— Как тихо,  — сказал Ёжик.  — Неужели мы крутимся и летим?

Они тихонько спустились с холма.

— Летим,  — сказал Медвежонок.  — И никто там, во тьме, о нас не знает.

— И мы ни о ком не знаем,  — сказал Ёжик.

— Потому что Земля большая, а дедушка говорил: тьма — ещё больше.

— Как грустно!  — вздохнул Ёжик.

— Ещё бы!  — сказал Медвежонок.

Они шли, и вокруг пахло осенью.

— Вот придём домой,  — сказал Медвежонок,  — затопим печь, сядем, будем глядеть на огонь.

— Заварим чайку,  — сказал Ёжик.

— Ага! С мятой и брусничным листочком,  — подхватил Медвежонок.  — Знаешь, какой брусничный листик…

— Погоди!  — сказал Ёжик.

И тут они увидели птицу.

Она, как живая, лежала, раскинув крылья, и будто всё ещё летела, летела и не знала, что лежит на земле.

— Замёрзла,  — сказал Медвежонок.

Ёжик ничего не сказал.

— Надо её похоронить,  — сказал Медвежонок.

Сбегал за лопатой, и они вырыли ямку на самой верхушке холма, и Медвежонок осторожно принёс птицу.

— Здесь ей будет хорошо,  — сказал Медвежонок.

И засыпал птицу землёй.

— Нужен камень,  — сказал Ёжик.

Прикатили от реки большой голый валун.

Ёжик сбегал за угольком и нацарапал:

А ночью пошёл дождь, и к утру от надписи ничего не осталось.