Всё-всё-всё о Ёжике

спел Чик и вдруг погрустнел.  — А почему ты думаешь, что они старые?  — глядя на заходящее солнце, спросил Воробей.

— Кто?

— Лев с Крокодилом?

— А кисточка? Кисточка-то у Льва — старенькая,  — сказал Поросёнок.  — А у Крокодила — глаза коричневые.

— Ну и что?

— У молодого крокодила, говорил старый Хрюк, глаза должны быть светло-зелёные!

— А у молодого Льва?

— Молодая кисточка!

Хрюк с Воробьём не думали, о чём говорят. Они видели огромный африканский закат, и мысли их были далеко-далеко.

— Вот твоё ведёрко, Хрюк! Мы так и не собрали с тобой нектара…

Хрюк машинально прицепил к поясу ведёрко, и глядел, глядел, глядел, и о чём-то думал.

— Нигде нет ни одного цветка, похожего на наш,  — сказал он.

— Нигде…

— И пчёл не слышно… Неужели мы с тобой будем ночевать в Африке, Чик?

— Но скоро… ночь.

— Вот за ночь мы и долетим до дома!

— А ты не боишься… в темноте?

— Я ничего не боюсь, Чик.

— С тобой я ничего не боюсь, Хрюк!

— Летим?

И Чик вспорхнул на спину Поросёнка, Поросёнок, хлопая ушами, взлетел. Быстро стемнело. Поэтому мы не видели, как Поросёнок с Чиком летели над морем, но мы слышали их песню:

Поросёнок летел к родному дому так быстро, что только свистел ветер: «Фью-ю-ю! .. »