Всё-всё-всё о Ёжике

И тут на поляну с грохотом выкатилась бочка.

— Ох!  — охнул Волк.  — Это ещё что?  — И выдохнул: — Хы-ы! .. Простая бочка…

Бочка не шевелилась.

Волк подошёл, поскрёб когтем:

— Терем, терем, теремок, кто в тереме живёт?

Приложил ухо, послушал:

— Молчат!

Волк обошёл бочку со всех сторон:

— Закупорена! Та-ак… Молоток есть, где тут была моя стамесочка?

И ушёл в дом.

— Храп! Жежа! Где вы? Это я, Глюк!  — донёсся из бочки глухой голос Зайца.

— Глюк! Заинька! Где ты?  — вскрикнул Ёжик.

— Здесь я, здесь, в бочке! Ты куда, Жежа, побежал? Я ж тебе кричал: «Стой, погоди! » — и передразнивая Медвежонка: — «Милимили-трямдия! Милимилитрямдия! » Где вы хоть сидите?

— В корзинах,  — сказал Ёжик.

— Мы — в корзинах, а он их прибил к земле,  — сказал Медвежонок.

— Зубы ему заговаривайте.

— Тише! Волк!  — шепнул Ёжик.

Играя стамеской и молоточком, на крыльцо вышел Волк.

— А распогодилось-то!  — осклабился Волк. И запел:

Тьфу! Что это я? .. Та-ак. С какой стороны будем открывать?

И обошёл вокруг бочки.

— С этой или с той?

Поставил бочку на попа, снова поскрёбся когтем:

— Эй! Есть там кто?

— Есть,  — глухим голосом сказал Заяц.

— Ох!  — Волк схватился за сердце,  — Ффу-у! .. Так и умереть можно.

— Храп, как по-твоему, кто там?  — спросил Медвежонок.

— Наверное, грибы,  — сказал Ёжик.

— Опята!

— Опята разве так говорят? Опёнок вот как говорит…

И Ёжик спросил голосом Волка:

— ЭЙ! ЕСТЬ ТАМ КТО?

А потом тоненько:

— Е-есть! Понял? А так только старый гриб груздь скажет.

И Ёжик глухим голосом Зайца сказал:

— «Есть! » Грузди там, вот что!

— Грузди! ..  — оттопырив губу, сказал Медвежонок.  — Грузди, они — молчаливые. Станут они тебе с Волком разговаривать!

Волк снова поскрёб бочку когтем:

— Эй! Если вы грибы, то какие? Я только белые люблю!

— Мы — белые,  — глухо сказал Заяц.

— Я же говорил!  — крикнул Медвежонок.  — Из груздя клещами слова не вытащишь!

А Волк приладил стамеску и принялся сбивать верхний обруч.

— Нас так открывать нельзя,  — глухо сказал Заяц.  — Надо, чтобы мы лежали.

— Друзья мои! Как скажете — так и будет.  — Волк повалил бочку.  — Белый грибок — эх!  Единственно, что ещё люблю,  — поесть!

И Волк стал сбивать обруч с лежащей бочки. А тем временем в противоположном конце дно повернулось, из бочки тихонечко выполз Заяц, аккуратно поставил дно на место, запер на колышки.

— Эх! Эх! Зайчик с грибной подливою!  — лупил молотком Волк.

А Заяц пробрался вокруг пня к Ёжику и Медвежонку.

— Тсс!  — сказал Заяц, приподнял корзину и отвязал от дерева Ёжика.  — Тсс!  — И выдернул костылики медвежьей корзины.  — Сидите, как сидели! Я позову.

И спрятался за пень.

орал Волк,  —

и лупил молотком.

— Когда светит вкусно поесть,  — сверкнул Волк жёлтым глазом,  — глупею! Эх! Эх! Вот!

И высадил дно.

— Друзья грибочки!  — торжественно сказал Волк.  — Вы — свободны! Просим!

И заглянул в бочку.

— Эй! Где же вы?

Волк оглянулся.

Ёжик с Медвежонком сидели под своими корзинами.

— Эй, грибочки!  — снова позвал Волк.  — Да не может быть, чтоб! ..

И засунул в бочку голову.

— Там, наверно, на дне какой… — сказал Ёжику Медвежонок.

— Кругленький такой, на крепенькой ножке!  — подхватил Ёжик.

— Полезу посмотрю,  — сказал Волк и полез в бочку.

Тут из-за пня выскочил Заяц и замахал лапами. Из-под своих корзин выбрались Ёжик с Медвежонком, и все трое кинулись к бочке, поставили её на попа и накрыли дном.

— Эй! Эй! Выпустите меня!  — завыл Волк.

Но друзья уже сидели сверху и только подпрыгивали.