Всё-всё-всё о Ёжике

— В камне. Волк летел — печальный такой… — Медвежонок всхлипнул. Ёжик погладил его по голове.

— И молчал… — задумчиво сказал Медвежонок.  — А этот дверь открыл и говорит…

— Ты подумай, что ты говоришь?  — сказал Ёжик.  — Какую дверь?

— Да вот такую! !!  — завопил Медвежонок и так стукнул лапой по траве, что… земля треснула, и половина всей Земли стала медленно отъезжать, и между Ёжиком и Медвежонком образовалась… пропасть.

— А-а-а! ..  — закричал Ёжик.

Медвежонок прыгнул к Ёжику, они обхватили друг друга и так несколько мгновений стояли, трясясь. А вторая половина Земли, убегая всё дальше и дальше трещиной, отъезжала с тяжким кряхтением, как, лопнув, разваливается перезрелый арбуз.

Ёжик метнулся к дому, выскочил с верёвкой, накинул петлю на сучок отъезжающего дуба, обежал свой дуб у крыльца и стал изо всех сил тянуть, соединять Землю.

Медвежонок бросился помогать, и они вдвоём еле-еле стянули две половинки Земли и завязали верёвку крепким узлом. Все деревья по сторонам убегавшей трещины были связаны верёвками, когда Ёжик с Медвежонком возвращались к дому и Ёжик говорил:

— Теперь я верю. Если Земля разваливается, он вполне мог улететь на камне.

— Надо спасать Волка,  — сказал Медвежонок. И они подошли к дубу возле Ёжикиного крыльца.

Волк летел на камне в вечереющем небе, марсиане открыли иллюминаторы, и камень светился, как звезда.

«Куда я лечу?  — тоскливо подумал Волк.  — Сперва стали отрастать уши, потом…»

— Эй! Как себя чувствуем?  — крикнул первый марсианин.  — О’кей?

— Кей, кей,  — сказал Волк.  — Куда вы меня везёте?

— Не твоя забота,  — вылез второй марсианин.  — Приедешь — поглядишь.

— Да зачем я вам нужен, старый такой?  — спросил Волк.

— Старость не радость, хе-хе-хе!  — захихикали марсиане.

Но тут в небесах появился тяжело гудящий дуб. Это был старый Ёжикин дуб у крыльца с мощной кроной, только корни его языками пламени били по синеве.

В дубе, в хорошем крепком дупле, сидел Ёжик с Медвежонком.

— Эй, вы!  — закричал Ёжик.  — Эй, вы, картофелины, отдавайте зверя!

— Сгинь!  — высунувшись, крикнул марсианин, но дуб защитил друзей крепкими ветвями, и злое слово пролетело мимо.

— Волченька, лезь к нам!  — крикнул Медвежонок.

Седой Волк на старом камне, как памятник, улетал в небеса.

— Волченька, прыгай!  — крикнул Ёжик.

Тогда Волк покосился на нечистую силу, беззвучно пошамкал губами — и сиганул в самые ветви.

— Домой!  — крикнул Ёжик, подхватил Волка, и дуб повернул к Земле.

Камень с погашенными огнями понёсся следом.

Уж как он свистел, как хохотали марсиане — передать трудно.

Волк, не шевелясь, с выпученными глазами сидел в дупле, Ёжик гладил его по голове лапой, а Медвежонок швырял в тёмный камень желудями и приговаривал:

— Вот вам, картошки! Вот вам за Волченьку! Запомните нас!

Один жёлудь попал марсианину в ухо, марсианин ойкнул, пропал в своём иллюминаторе, и подбитый камень со свистом пронёсся мимо и упал в пруд на прежнее место.

А Ёжик, Волк и Медвежонок сделали на своём дубе круг над прудом и полетели восвояси.

Дуб пламенными корнями вниз садился на своё место. Он весь дрожал, трясся и гудел, как сто колоколов, пока окончательно не влез в землю.

Друзья спустились по лесенке.

— Спасибо, дуб!  — поклонился до земли Ёжик.

— Спасибо за Волченьку,  — сказал Медвежонок.

— Не за что,  — прохрипел дуб. И уставился в небо.

— Где же ты был, Волк?  — спросил Ёжик, когда они тут же, под дубом, сели за стол и разлили по кружкам чай из самовара.  — Тебя целых три дня не было!

Тут Волк заплакал.

— У меня стали отрастать уши,  — всхлипывая, сказал он.  — Мне было стыдно приходить к вам с ослиными ушами.

— Эх ты!  — сказал Медвежонок.  — Мы же твои друзья. Какая разница, какие у тебя уши?