Всё-всё-всё о Ёжике

Каждый листик, каждая веточка стали видны резко и отчётливо.

Небо опустилось низко-низко, и теперь стояло в обнимку с деревьями. Когда появлялось солнце, становилось так радостно и печально, как никогда не бывает летом.

— Отчего так печально?  — спрашивал Ёжика Медвежонок.  — Солнышко, а печально?

— Глупый,  — говорил Ёжик.  — Это последнее солнышко, поэтому и печально.

— Хорошо бы, чтобы оно никогда не уходило. Чтобы всегда-всегда светило, и было тепло.

— Так не бывает,  — сказал Ёжик.  — Дни станут тёмные, короткие, а ночи — длинные, большие.

— А что мы будем делать?

— Топить печь, глядеть на огонь и вспоминать лето.

— Хорошо бы, если б у нас дома было своё солнышко,  — сказал Медвежонок.  — Мы бы просыпались, а солнышко — в углу. Я бы его чистил и поливал.

— Что же оно — цветок?

— Я бы за ним ухаживал лучше, чем за цветком. Я бы с ним разговаривал,  — сказал Медвежонок.

— А что б ты ему сказал?

— Я бы сказал: «Доброе утро, солнышко! »

— Это утром. А потом?

— Не перебивай,  — сказал Медвежонок.  — Я бы ему сказал:

«Доброе утро, солнышко! Я — Медвежонок». «Знаю»,  — сказало бы оно. «У меня есть друг. Он скоро придёт. Его зовут Ёжик». «Знаю»,  — сказало бы оно. «Вот он придёт, и мы сядем завтракать. Ты что больше любишь — мёд или грибки? » «Мёд»,  — сказало бы солнышко.

— Это почему?  — спросил Ёжик.

— Мне так кажется. Оно — золотое, и мёд золотой. А что такое грибы?

— Что?

— Плесень,  — сказал Медвежонок.

— Это грибы-то плесень? !

— А что же ещё? Самая настоящая плесень.

— Значит, я больше всего на свете люблю плесень?

— Нет, почему? Ты яблоки тоже любишь.

— Но грибы-то я люблю больше!

— Я не знал,  — сказал Медвежонок.  — Я думал, ты яблоки любишь больше.

— Нет уж, предложи ему грибков — вот увидишь, оно не откажется.

— Солнышко, хочешь грибков?  — спросил Медвежонок.

— А какие грибы?  — вдруг выглянуло Солнце.

— Постой, кто это говорит?  — спросил Ёжик.

— Солнышко,  — еле слышно сказал Медвежонок.  — Оно с нами заговорило.  — И ещё тише, Ёжику: «Какие у нас грибы? »

— Опята,  — прошептал Ёжик.

— Опята,  — громко сказал Медвежонок.

— Очень люблю опята,  — сказало Солнце.  — Я на них подолгу смотрю, когда они греются у пенька. Соберутся кучей и — молчат.

— А почему молчат?  — спросил Медвежонок.

— А о чём говорить, если я на них гляжу и глажу шершавой ладонью?

— А она у вас шершавая?  — спросил Медвежонок.  — Мне казалось, она у вас мягкая, ласковая.

— И чуть-чуть шершавенькая,  — сказал Ёжик.  — Это очень приятно.

— Это мой друг Ёжик,  — сказал Медвежонок.

— Знаю,  — сказало Солнце.

— Как неожиданно вы появились,  — сказал Ёжик.  — Мы только заговорили, что скоро вы будете приходить всё реже и реже…

— А вы тут как тут!  — сказал Медвежонок.  — Если бы только можно было, я бы очень хотел, чтобы вы пожили у меня дома.

— Приглашаешь?

— Приглашаю,  — сказал Медвежонок.  — Только я не знаю… У меня очень маленький дом…

— На всю зиму?

— На всю, на всю,  — закивал Медвежонок.  — Только вот поместитесь ли?

Они все трое стояли на поляне перед медвежачьим домиком — Ёжик, Солнце и Медвежонок. Ёжик с Медвежонком стояли друг против друга, а Солнце как раз посерёдке.

— Идём,  — сказало Солнце.  — Показывай свой дом.

— Пожалуйста!

Медвежонок пошёл первым, рядом с ним — Солнце, а Ёжик чуть позади.

— Вот он,  — сказал Медвежонок.

И Солнце вошло в медвежий дом, заглянуло в каждый уголок и снова появилось на крыльце.

— Очень хороший дом,  — сказало Солнце.  — Здесь и перезимую.

— Согласно!  — прошептал Ёжик.

— Ур-ра!  — закричал Медвежонок. И сразу подумал: «Теперь только бы его не обидеть, только бы ничем не огорчить».

— Ты уж теперь это… Ты постарайся,  — шепнул Ёжик.

— Угу,  — сказал Медвежонок.