Всё-всё-всё о Ёжике

Дни стояли солнечные, лёгкие, а ночи звёздные, лунные.

Вечером Ёжик с Медвежонком пригласили Зайца погулять по лунной дорожке.

— А не провалимся?  — спросил Заяц.

— Луноходы,  — сказал Медвежонок и протянул Зайцу две дощечки.  — В таких можно и здесь, и по луне.

Заяц поднял голову, поглядел на луну, она была большая, круглая, потом — на Ёжика с Медвежонком.

— А верёвки зачем?

— Чтобы к лапам,  — сказал Ёжик.

И Заяц стал смотреть, как Ёжик с Медвежонком привязывают к лапам дощечки. Потом привязал сам.

Сова сидела на обгорелой сосне и глядела на них круглыми глазами.

— Видишь?  — неслышно сказал Заяц Сове. И подпрыгнул, чтобы попробовать, как у него получится в дощечках.

— Вижу,  — неслышно сказала Сова.  — Сейчас утонете.

— Не должны,  — неслышно сказал Медвежонок.  — Я рассчитал.

— Он рассчитал,  — уверенно, но тоже неслышно сказал Ёжик.

— Увидите,  — сказала Сова.

А Заяц неслышно заплакал и отвернулся.

— Ну, пошли!  — сказал Ёжик.

Шелестя дощечками, они подошли к реке.

— Кто первый?  — спросил Ёжик.

— Чур, я третий!  — попросил Заяц.

Медвежонок сошёл к воде и захлопал дощечками.

Медвежонок шёл прямо к середине реки, не проваливаясь, и Ёжик спрыгнул с берега, побежал следом и тоже не провалился, а Заяц не знал, как ему быть, но всё же спрыгнул, и тоже побежал, и догнал Ёжика с Медвежонком.

Они шли по лунной дорожке к середине реки, и Заяц боялся смотреть на свои дощечки; он чувствовал, что не может так быть, что ещё шаг, и он обязательно провалится, и потому Заяц шёл, задрав голову, и глядя на луну.

— Боишься?  — спросил Ёжик.

— Боится,  — сказал Медвежонок.

А Заяц думал, что стоит ему сказать слово, и он обязательно провалится, и поэтому молчал.

— Язык проглотил,  — сказал Медвежонок.

— От страха,  — сказал Ёжик.

— Да не бойся ты!  — крикнул Медвежонок и провалился по колено.

Заяц вздрогнул и ещё выше задрал голову.

— Не бойся,  — сказал Ёжик, подхватив Медвежонка.

Но Заяц всё равно не верил, что такое может быть, и дошёл до другого берега, ни разу не взглянув вниз, молча.

— Пошли назад,  — сказал Медвежонок.

— Нет,  — сказал Заяц. И вылез на берег.

— Чего ты боишься?  — сказал Ёжик.

— Идём!  — позвал Медвежонок.

Заяц помотал головой, а Ёжик с Медвежонком пошли на тот берег.

«Вот они идут на тот берег,  — думал Заяц.  — И не проваливаются. Но ведь такого не может быть». «Не может такого быть! » — неслышно крикнул Заяц.

— Ну,  — сказал Медвежонок, когда они возвратились.  — Прыгай!

Лунная дорожка золотой рыбой лежала поперёк реки. Голова её упиралась в тот берег, а хвост шевелился у самых заячьих лап.

— Не бойся!  — сказал Ёжик.

— Прыгай!  — крикнул Медвежонок.

Заяц смотрел на своих друзей и неслышно плакал. Он знал, что во второй раз ему уже ни за что не перейти реку.